Рукописи Ульяновского книгохранилища: фамильные реликвии дворянских родов

Казанский историк — о становлении архивного дела в молодой Советской

Рукописи Ульяновского книгохранилища: фамильные реликвии дворянских родов

Рассказывая о становлении архивного дела в Советской Татарии, казанский историк начала прошлого века поделился впечатлениями о некоторых уникальных источниках в Ульяновском книгохранилище: «Рукописи, которым посвящено настоящее сообщение, составляли ранее либо фамильные реликвии дворянских родов, либо находились в неизвестности, случайно попав в библиотеки ныне ликвидированных учреждений или учебных заведений», — пишет автор. Среди них ученый особенно выделил черновую рукопись Петра Ивановича Рычкова «Опыт Казанской Истории древних и средних времян». Подробнее об этом — в статье архивиста, опубликованной в книге «Народы Среднего Поволжья в XVI — начале XX века». Издание выпустил коллектив авторов Института истории им. Марджани*.

Видео дня

Рукописи Ульяновского книгохранилища

С каждым годом рукописное отделение Ульяновского Книгохранилища пополняется ценными старинными рукописями. На рукописное собрание Ульяновского Книгохранилища обращено внимание еще IV-м археологическим съездом в в 1877 году, на котором было заслушано два доклада Загоскина и Христофорова о рукописных материалах, есть о рукописном собрании некоторые сведения и у профессора В.С. Иконникова.

Пополнения же, произведенные за последние годы, и научная ценность некоторых недавно приобретенных рукописей заставляют еще раз обратить внимание на это культурное сокровище и тем самым еще раз попытаться пробудить к нему научный интерес. Рукописи, которым посвящено настоящее сообщение, составляли ранее либо фамильные реликвии дворянских родов, либо находились в неизвестности, случайно попав в библиотеки ныне ликвидированных учреждений или учебных заведений.

Из исторических рукописей, охватывающих эпоху с возникновения государственной жизни в древней Руси, обращают на себя внимание две, из которых первая пожертвована И.И. Долговым, а ранее находилась в Музее Полоцкого Кадетского Корпуса (№3110), а вторая была подарена еще Карамзинской библиотеке (№317а). Обе рукописи написаны в начале XVIII века.

Рукопись музея б. Полоцкого Кадетского Корпуса писана скорописью XVIII века; даты написания не имеется и лишь по водяным бумажным знакам можно безошибочно отнести ее к обозначенному времени. Рукопись писана в десть и делится на две части. Первая часть рукописи имеет 90 глав, названия которых следующие: 1) о начале древнего словенского народа, 2) о имени и о языке словенской, 3) о свободе или вольности словенской, 4) о трех частях света именуемых Азия, Африка и Европа, 5) о народе русском, 6) о народе сарматском, 7) роксолянском, 8) о … 12) о преславном верховном и всего народа руссийского главном городе Киеве и о начале его, 13) о первоначальных князех Киевских, и т.д.

Вторая часть имеет особую пагинацию с первого листа (л. 1–135) и содержит следующее главы; 1) о приходе множественных сил царских и войск запорожских к Киеву в лето 7183, от Р.Х. В 1679. (л. 1–46), 2) о московских древних государях и о всероссийских владетельствованиях (л. 47–70), 3) царство гос. ц. и вел. кн. Михаила Федоровича и последующих (л. об. 71–85), 4) о зачатии и рождении вел. гос. Петра I (л. об. 85–106), 5) журнал краткой о походах и о взятье городов и протчаго (л. 107–109) и 6) духовные приклады и душеспасительные повести новопроведенные от I великого Зерцала (л. 110–135), и т.д.

Рукопись Карамзинской библиотеки под заглавием «История Российская» написана скорописью в полдесть на 200 листах в переплете, прекрасно ее сохранившем, заключается в 7-ми книгах, охватывающих почти тот же период, что и первая рукопись, и заканчивается на эпохе северной войны. Имя автора неизвестно, но ясно, что он — современник Петра Великого, участник северной войны и не только начитанный, но и близко стоявший к Петру I человек.

Это подтверждается последними словами рукописи: «Ежели бы i историю подборную следовать по достоинству довелося, воистину еще бы несколько сот книг таких же мало было, но то нас по сию точку содержало, что мы бывший в Швеце в плене под арестом жестоким и хотя моя свободность запредительна едва сие сыскать могла, но дальше подлинно записки не имея и того ради далее лететь перу возбраняю» (л. 200).

Несомненно, что детальное изучение этих двух рукописей может открыть и источники, которыми пользовались авторы при составлении своих «Историй», и степень оригинальности данных летописных сказаний. Огромную ценность представляет собою список с Летописи Стрыйковского, известной под наименованием «Хроники». Этот список принадлежал в свое время историку Карамзину, а впоследствии поступил в бывш. Карамзинскую библиотеку (№4654). Список имеет такой заголовок: «Летописания Матфея Стриковского от начала мира трудолюбием отцев и многих летописатей написана и во свет дана прежде на польском языке, ныне же написася словенски, лето от сотворения мира 7196-го, от Рождества же Бога Слова 1688-го». Писана в десть полууставом на 690 листах (90 «тетрадей») по 26-и строчной кераксе. Титульный лист писан золотом и украшен заставкой, исполненной киноварью и золотом. Список состоит из 25 книг разделенных на главы. На полях, отделенных чертой, следуют заголовки отдельных сюжетов. Рукопись прекрасно сохранилась, чему немало содействовал богатый кожаный переплет с золотым тиснением на корешке.

Летописец XVII в. Эта рукопись носит такое название: «Книга глаголемая летописец Степан царя i великого князя Федора Ивановича всея Руси, а в ней сперва немногие главы царя i великого князя Ивана Васильевича всея Руси в начале убо книги сея от взятия царства Сибирского». Писана скорописью, в полдесть, на 50 тетрадях (400 листов); конец рукописи утерян (на обороте последнего листа начинается 382 глава, тогда как в оглавлении их обозначено 387). Пагинации не имеется. Рукопись была в кожаном переплете, который сильно пострадал. Научная ценность рукописи несомненна хотя бы по сюжету; содержание почти исключительно посвящено эпохе смуты и царствованию Михаила Федоровича. Помета на переплете говорит о принадлежности рукописи Ивану Андреевичу Рогозину, помещику Ульяновского края.

История XVII в., освещающая эпоху Федора Ивановича и смутного времени (до начала царствования Михаила Федоровича) под заглавием «История в памяти предыдущим родом», писана скорописью XVII века в десть на 170 листах. В начале имеется подробное оглавление 76 глав, на которые разбивается все содержание рукописи. Ранее рукопись принадлежала графу Мусину-Пушкину.

Из богатого собрания Языковых поступила в бывшую Карамзинскую библиотеку рукопись XVIII века под заглавием «О зачатии и о рождении великого государя императора Петра Первого самодержца Всеросийского и о протчем» на 119 листах в полдесть. Содержание делится на 300 глав (л. 1–74) с приложением 2 больших статей: 1) журнал путешествия Петра Великого за границу (л. 76–109) и 2) хронологии важнейших событий с 1672 до 1740 год (л. 110–119). Автор рукописи и год написания — неизвестны.

К рукописям исторического характера относится весьма интересная и ценная в научном отношении рукопись №8035 под заглавием «Оправдание о безвинном разорении и о седмилетнем страдании бывшем в ссылке в Пустоозерском остроге боярина Артамона Сергеевича и сына его комнатного стольника Андрея Артамоновича с 7184 г. по 7190 год». Писана в десть на 128 листах. Ни имени писца, ни времени написания не обозначено; судя по бумажным водяным знакам («М» с кораблем, герб с медведем) можно отнести рукопись к эпохи первой половины XVIII века; к этому же приводит новая наклонная скоропись, четкая и довольно крупная, характерная для XVIII века. Впереди текста имеются два листа ненумерованных; первый лист чистый, а на втором более поздняя памятка, написанная скорее всего владельцем рукописи: «1774 году октября 29 дня провезли Пугачева в Москву Черновским, а при нем были гвардии капитан Александр Павлович Галаков да майор Павел Степанович Рунич да казначей майор Барадин». На обороте этого же листа еще надпись. «Из книг «. С третьего по порядку листа начинается пагинация и заголовок рукописи; последний занимает целую страницу с небольшим.

Дальше следуют: 1) первая челобитная, посланная из пустозерского острога в Москву в 7185 (1677) году (л. 2–24), 2) вторая челобитная Артамона Матвеева 187 (1679) года (л. 24–43), 3) третья челобитная 189 (1681) года (л. 43–69). Эти три челобитные были адресованы самому царю. За ними следуют три челобитные, которые Матвеев посылал патриарху Иоакиму одновременно с адресованными царю; первая челобитная л. 69–72; вторая — л. 72–77, и третья — л. 78–93. После этого помещены письма к ближним боярам: 1) Кн. 187 года (л. 93–96), 2) второе письмо ему же и того же года (л. 96–104), 3) Кн. Никите Ивановичу Одоевскому (л. 104), 4) Кн. Михаилу Юрьевичу Долгорукову (л. 104–105), 5) Родиону Матвеевичу Стрешневу (л. 105), 6) Кн. Якову Никитичу Одоевскому (л. 105–106), 7) (л. 106–107), 8) Ивану Михайловичу Милославскому 185 и 187 годов (л. об. 107–109), 9) Богдану Матвеевичу Хитрово (л. 109–110). Последние листы (об. 110–128) заключают «Объявление», которое нашел необходимым написать сам «достоверный списатель», сопровождавший Матвеевых во все время их ссылки и вместе с ними прибывший в Москву. Это «объявление» написано в память о Матвеевых «предыдущим родам», начинается временем выезда из Пустозерского острога и кончается смертью Матвеева во время стрелецкого бунта.

Кроме боярских взаимоотношений, обрисовываемых «Оправданием», содержание последнего ценно еще в том смысле, что дает полную автобиографию Артамона Матвеева, характеристику дворцового быта второй половины XVII века, экономическое условия жизни в Пустозерском остроге, где совершенно отсутствовало земледелие и жители питались хлебом, лишь весной доставлявшимся из пермского края.

В научной литературе источник этот далеко не использован полностью, есть лишь указания на знакомство и некоторые выдержки у С.М. Соловьева, хотя «История о невинном заточении боярина Матвеева» напечатана уже вторым изданием в 1785 г.

К памятникам юридического характера относятся 3 списка «Уложения Алексея Михайловича» и один сборник указов, относящихся к XVIII веку и касающихся положения, главным образом, беглых крестьян в Московской Руси.

Самая древняя рукопись — «Собрание указов о положении беглых крепостных крестьян» (под №261). Писана в полдесть в начале XVIII века новой скорописью. Во всем сборнике 157 листов.

Сборник составляют указы о крестьянах со второго десятилетия XVII века до царствования Петра Великого включительно и некоторые новоуказные статьи, вошедшие в силу после издания Соборного Уложения; всего в сборнике помещено свыше 50 указов, которые и представляют собою богатый материал для освещения крестьянского вопроса и правового положения крестьян в XVII веке.

Список XVIII в. с Соборного Уложения, (№ 14662), поступивший в б. Карамзинскую библиотеку из собрания Соловцева, писан в десть скорописью первой четверти XVIII века; пагинация доведена лишь до 80-го листа. Года написания не обозначено, а скоропись и бумага, а также ссылки на сенатские указы 1717 года говорят за то, что рукопись писана не ранее этого года. Кроме того, на последнем листе имеется пометка: «подлинные вотчинные статьи за прописью дьячка Никифора Румянцева за справами подьячих, что ныне дьяки, Ефрема Чуманова, Клима Крестова», подтверждающая соображения о времени выполнения списка. Список этот замечателен тем, что он являлся руководством в какой-либо воеводской канцелярии. Каждая страница рукописи делится вертикальной чертой на две равные части; на левой стороне от черты написан текст статьи Соборного Уложения или цифровое обозначение этих статей, а на правой стороне — все новоуказные статьи, дополнения и разъяснения, последовавшие к каждой статье со времени издания Уложения до первой четверти XVIII века включительно. Судя по количеству новоуказных статей можно быть уверенным, что важнейшие из них для делопроизводства того времени помещены полностью. К сожалению, рукопись должно считать незаконченной, т.к. к 19 и последующим главам никаких дополнений не имеется.

Второй список с Соборного уложения (№ 295) писан в десть по 28-ми строчной кераксе. Текст заключен в рамке; имеются заставки и концовки, исполненные чернилами; начальная буква в каждой главе имеет украшения, исполненные черными и красными чернилами; сохранилась рукопись прекрасно благодаря кожаному переплету, хотя и была подмочена. На верхней корке с оборотной стороны — надпись, которая указывает на старинного собственника этого списка, на стоимость его и дату написания: «Сия книга Соборное Уложенье дому лейб-гвардии семеновскаго полку порутчика Степана Ларионовича Телепнева служителя ево , а на оную книгу бумаги куплено на 16 алтын на 4 денги от писма дано рубль от переплету дано 11 алтын 4 денги, а списана сия книга в нынешнем 732 году сентября в первый день». Впоследствии книга принадлежала подканцеляристу Льву Алексееву сыну Михайлову (л. III.), перстневая печать которого имеется на втором листе книги с инициалами «А. М.» (над буквами летящая птица). Лист IV обозначен в рукописи первым и с него начинается счет листов славянским обозначением. На нем фигурирует и заголовок «Сия книга Соборное Уложение и приличные указы». Далее следует подробное оглавление с наименованием статей Уложения (л. 1–49) и самый текст с некоторыми дополняющими указами (л. 50–282), которых помещено значительно меньше, чем в предыдущем списке. 283 и 284 листы заняты лишь росчерками писца.

Третий список Соборного Уложения, поступивший в Ульяновское Книгохранилище из Карсунской Центральной библиотеки (3028/340), писан в десть в конце XVIII или начале XIX века. Список этот интересен своими дополнениями; в предыдущих двух списках преобладают новоуказные статьи XVII века и лишь частью XVIII, в этом же списке — дополнения и изменения, вошедшие в Уложение в XVIII веке. После Уложения следуют «Артикулы воинские», затем «Краткое изображение процессов судебных или тяжебных», копия «с пополнительных пунктов о наследниках 1723 г. декабря 7 дня», указ Сената 1797 г. и вексельное право.

Последние четыре рукописи, описанные мною, представляют выдающуюся разновидность по своему содержанию и выполнению и интересны не только для историка, но и правоведа.

К памятникам письменности, рисующим домашний быт эпохи XVII века, относится лечебник — прекрасно исполненная и хорошо сохранившаяся рукопись. Переписчик, писавший эту рукопись, проявил свое трудолюбие в полной мере, вложил в нее массу энергии и времени, дал рукописи привлекательный вид, изукрасив ее тончайшего письма виньетками, заставками и миниатюрами. Завершение рукописи равнялось окончанию колоссального предприятия, и это выражено последней фразой, написанной после облегченного, но действительно и заслуженного вздоха — «Птица рада весне, а писец концу» (л. 211).

Рукопись писана в полдесть по-славянски разными чернилами (черными и красными; название книги под миниатюрой писано под устав «Книга глаголемая Прохладной Вертоград, [дальше по-славянски], избранная от многих мудрецов о различных врачевских вещах, пристоящих ко здравию человеческому» (л. 42). Перед подробным оглавлением имеется предисловие, которое рисует читателю цель этого труда: «Сказание о немощах человеческих, которые бывают в человецех и како именуются и чем которую немощь по докторским наукам лечите и то в сей книжище подлинно написано» (л. 25). Надо заметить, что, кроме поименованного, в рукописи имеется описание всех медикаментов, которые употребляются при лечении болезней, и способов приготовления лекарств. В ряду подобных источников, рассмотренный лечебник может занять выдающееся место; к сожалению приходится констатировать досадное отсутствие заинтересованных подобными рукописями лиц, либо индифферентизм их под бременем повседневных забот.

Кроме перечисленных рукописей, представляющих собою либо летописные сборники, либо памятники юридического и бытового характера, наше внимание привлекает черновая рукопись Петра Ивановича Рычкова «Опыт Казанской Истории древних и средних времян», поступившая в рукописное собрание Ульяновского Книгохранилища из библиотеки Карамзинской Колонии душевнобольных лишь в июне месяце 1923 года. Черновая рукопись Рычкова писана в десть на 228 страницах; нескольких последних листов недостает: делится на 3 части: 1) часть 1, главы 1–7 (с. 1–89), 2) часть 2, главы 8–14 и опыт собрания для будущей Казанской истории (с. 91–204), соответствующей «Прибавлению» академического издания, 3) «реестр знатнейшим имянам и вещам»… (с. 200–228). Рукопись заключена в переплет с кожаным корешком, но нижняя корка утеряна; вся рукопись была подмочена, вследствие чего первые 2 листа присохли к корке, а последние 25–30 порваны, сильно истлели и, частью измятые, ссохлись настолько, что расправить листы, не разрушая их, еще труднее.

Время написания рукописи — начало 60-х годов XVIII в., что подтверждается пометой на 89 странице: «Списано ноября 22 дня 1764 году в селе Спасском», а ниже: «Все вышеописанное переписано на 13 тетрадях, в коих 100 страниц и послано в Академию. В этой рукописи отсутствуют: 1) посвящение Екатерине II, 2) «предуведомление» и 3) оглавление, что выполнено уже во время печатания.

Реестр академического издания «Опыта» Рычкова значительно пространнее, чем в черновике, но в рукописи даются указания не только на страницу, которых, кстати сказать, лишь несколько, но, главным образом, на главу и статью или параграф, тогда как в печатном издании указывается лишь страница. В черновой рукописи имеется много текста, не попавшего в печать или зачеркнутого самим автором «Опыта»: 1) краткая роспись о Казанских ханах, начиная с Батыя и кончая Едигером. 2) Начало третьей главы — «о начале гор. Казани» — все подвергалось переделке и попало уже в четвертую главу, 3) лист 91 представляет собою начало второй части, которая должна была начинаться опять с первой главы, но это разделение в последней редакции было уничтожено, и первая глава II части названа восьмой главой «Опыта», 4) «примечание об астраханском царстве», 5) на последней 228 странице начинается описание пропусков, дополнительных примечаний и исправлений, 6) многие примечания под текстом (особенно с. 29–36). Все вставки и поправки писаны красными чернилами; почерк всюду один, разница лишь в плотности; много помещено добавлений не только под текстом, но и на полях. В стилистическом отношение черновик «Опыта» отличается весьма незначительно от академического издания.

Факт местонахождения рукописи в пределах объясняется, скорее всего, тем обстоятельством, что рукопись после смерти Петра Ивановича Рычкова перешла его старшему сыну Андрею Петровичу, который в начале 70-х годов был комендантом города Ульяновска и погиб в 1774 г. во время пугачевского движения. Из многочисленного собрания рукописей Книгохранилища мы взяли лишь исторические и большие. Но кроме этих имеется более 150 столбцов и «тетрадей», преимущественно XVII и XVIII веков, описание которых оставляем или до следующей книги, или до более благоприятного времени.

Опубликовано в сборнике «Край Ильича» (Казань, 1926. № 1. С. 40–47)

*Редакционная коллегия: доктор исторических наук И.К. Загидуллин (научный редактор), кандидат исторических наук И.З. Файзрахманов, кандидат исторических наук А.В. Ахтямова.

Поделиться:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.